Недавний эпизод «Knox» спин-оффа мультсериала «Rick and Morty» под названием «President Curtis» привлек внимание зрителей попыткой раскрыть загадочное прошлое специального агента Фрэнсиса О’Дойла. Персонаж, роль которого озвучивает Джим Рэш, является ключевым телохранителем президента (Кит Дэвид). Долгое время зрители знали лишь то, что О’Дойл — полулепрекон. В восьмой серии первого сезона сюжет строится вокруг кражи золота из Форт-Нокса, в которой обвиняют агента. Вместе с главой аппарата Белого дома Ро Бэнкс (Стефани Беатрис) О’Дойл пытается очистить свое имя.
Почему усложнение лора вредит комедийному формату
Несмотря на потенциал сериала, такие серии вызывают вопросы. «President Curtis» изначально выделялся на фоне «Rick and Morty» тем, что президент — самодостаточный персонаж, способный нести собственный сюжет без опоры на Рика и Морти. Кит Дэвид отлично справляется с главной ролью, а лучшие эпизоды шоу удачно обыгрывают американскую историю, например, противостояние с призраком Авраама Линкольна или борьбу со злой сущностью в Кэмп-Дэвиде. Однако сериал начал увязать в избыточном построении собственной мифологии.
Авторы «Rick and Morty» годами боролись с вопросом, должен ли сериал быть эпизодическим или сериализованным. Попытки глубокого погружения в мультивселенную и историю Цитадели Риков часто утомляли фанатов, которые предпочитали самостоятельные приключения. В последних сезонах «Rick and Morty» этот баланс удалось наладить, сократив количество лорных эпизодов. «President Curtis» же, наоборот, тратит много экранного времени на создание сложных предысторий второстепенных персонажей, таких как О’Дойл и Бэнкс, что в итоге делает повествование менее динамичным.
Проблема нераскрытых персонажей второго плана
Показательным примером стала серия «Ghosts», где основная сюжетная линия была посвящена прошлому Ро Бэнкс как киборга и её попыткам справиться с внутренними демонами через память системы. Как и «Knox», этот эпизод сосредоточился на построении мира в ущерб юмору. Это критический недостаток для нового шоу, которое все еще ищет свой уникальный голос.
В отличие от «Rick and Morty», где даже второстепенные герои вроде Джерри или Саммер быстро стали узнаваемыми и комичными, окружение президента пока не демонстрирует подобного потенциала. На данный момент сериал держится исключительно на главном герое. И если в «Rick and Morty» мифология строилась вокруг центральных персонажей, то в спин-оффе внимание перетянуто на менее интересных сотрудников администрации. Зрителям предлагают следить за сложными историями о киборгах и лепреконах, в то время как истинная сила сериала заключается в сиюминутных абсурдных ситуациях, связанных с историческим наследием США — например, с историей о тайном сыне Джона Кеннеди, живущем на Луне.
Несмотря на то, что сериал уже продлен на второй сезон, возникает опасение, что ставка на сложную мифологию может оказаться губительной для проекта. Будущее «President Curtis» выглядит более привлекательным, если авторы вернутся к формату странных историй о призраках бывших президентов, минимизировав при этом внимание к сложным биографиям сотрудников Белого дома.
Одной из наиболее заметных проблем, упомянутых в первоисточнике, является структурное сходство текущего сезона с «худшими ошибками» оригинального «Рика и Морти». Авторы отмечают, что, хотя история Цитадели Риков в свое время позволила создать интересную вселенную, она часто отвлекала фанатов от того, за что сериал полюбили изначально — от классических приключений. В последних сезонах «Рика и Морти» этот баланс был успешно найден: лишь два-три эпизода на сезон посвящены глобальному мифу, тогда как остальное время занимают самостоятельные сюжеты.
В случае с «President Curtis» ситуация выглядит тревожнее, так как сериал еще не успел завоевать сердца зрителей своими второстепенными персонажами. В «Рике и Морти» с самых первых серий были Джерри, ставший идеальным «мальчиком для битья», и саркастичная Саммер, чьи реплики мгновенно разбирались на цитаты. В спин-оффе же остро ощущается нехватка ярких комедийных архетипов: у президента нет своего «Джерри» или даже «Джина». Все лучшие моменты шоу пока держатся исключительно на харизме самого Кита Дэвида.
В эпизоде «Knox» раскрывается, что инициатором проблем для О’Дойла становится его собственная мать, похитившая золото. Этот сюжетный ход, как и история с кибернетической природой Ро Бэнкс в серии «Ghosts» (где ей пришлось бороться с вредоносным ПО, погружаясь в собственные «файлы памяти»), демонстрирует системную ошибку сценаристов. Они тратят колоссальные усилия на построение лора вокруг героев, которые пока не вызывают у аудитории глубокой эмоциональной привязанности.
Авторы критикуют и эпизод с «Полой Землей», где администрация президента встречается со странными существами. Это выглядит как попытка утилизировать идеи, которые когда-то остались невостребованными в сценарной комнате основного сериала. По мнению критиков, такие идеи плохо вписываются в концепцию спин-оффа, которая должна базироваться на уникальном взаимодействии президента с историческими аномалиями.
Первоисточник подчеркивает, что шоу имеет отличный задел для успеха, если сосредоточится на том, что уже было показано в первой серии — например, на истории о внебрачном сыне Джона Кеннеди, скрывающемся на Луне. Такой «абсурдный историзм» выглядит гораздо органичнее, чем искусственно навязанная драма про лепреконов или «внутренних демонов» в системных логах киборгов. Зрители готовы простить отдельные неудачные эпизоды, но текущая тенденция усложнения мифологии вместо развития комедийной составляющей ставит под угрозу будущие сезоны, даже с учетом уже состоявшегося продления сериала на второй сезон.
